?

Log in

No account? Create an account

demokratiya_ru


Те, кто за демократию в России


Previous Entry Share Next Entry
Иван Чуранов: «В кабинете следователя была разлита лужа крови»
А если честно?
rutribune wrote in demokratiya_ru

В прошлом году на НТВ в программе «Профессия — репортер» выходил сюжет про женщину из Хабаровска, на которую завели уголовное дело за то, что она на митинге КПРФ прочла с трибуны стихотворение «Мы славно гуляли в республике вашей...» Анекдотичность ситуации была в том, что привлеченный следователем эксперт (почему-то из института путей сообщения) углядел в этом стихотворении возбуждение вражды и ненависти к президенту и правительству. Для самой героини сюжета, Натальи Игнатьевой, это был «юмор» весьма черный, поскольку дело тянулось почти год. В конце концов адвокат Натальи предложил написать письмо лично Путину и Медведеву с вопросом: «Считаете ли вы, что это стихотворение — про вас?» Дело тут же закрыли.
Если бы этот случай был единичным, его бы можно было рассказать, как дурной анекдот, посмеяться и забыть.

Но, как показывает жизнь, статья 282 УК РФ — про возбуждение ненависти либо вражды к группе лиц по тем или иным признакам — в последнее время становится все более «востребованной». Милиционеры, раньше боровшиеся с бандитами, стали полицейскими, борющимися с так называемыми экстремистами (бандитизм, видимо, в стране искоренен полностью). Тем временем, как рассказывают жители Дальнего Востока, в Магаданской области активно ремонтируют дороги к лагерям. Проверять визуально, правдой являются эти слухи или нет, если честно, нет никакого желания, как, наверное, и у любого из наших читателей («Уж лучше вы к нам...»). Но наметившаяся тенденция «борьбы с экстремизмом» заставляет опасаться, что никто из граждан России не застрахован от возможности убедиться воочию в качестве дорог к «местам, не столь отдаленным».
Частный случай из этой опасной тенденции — в качестве примера. Корреспондент «А если честно» беседует с Иваном Чурановым — жителем Вологды, находящимся под следствием по той самой 282-й статье. Как следует из текста постановления о возбуждении уголовного дела, Иван раздавал листовки, которые, по мнению правоохранительных органов, «возбуждают вражду и ненависть».

Первое впечатление от знакомства, как водится, внешнее. На уголовника Иван не тянет ни по каким параметрам. На какого-нибудь оголтелого националиста-скинхеда — тоже. На неоголтелого, впрочем, тоже. Фото прилагается — убедитесь сами.
- В политику, как принято сейчас считать, люди идут за мандатами, откатами и т.п. Тебя-то зачем в это все потянуло?
- Вот именно потому и потянуло, что я в какой-то момент понял: тех, кто заинтересован в «мандатах и откатах», меньше всего интересуют мои проблемы. Как и твои, и любого жителя России. Никто, кроме нас самих, за нас не вступится. А мне жить хочется, причем жить в обществе нормальных людей, которые ценят нормальные человеческие понятия: дружбу, любовь, честь, совесть. В обществе, в котором все решается по справедливости, а не деньгами или грубой силой. А начальник отдела местного центра «Э» Гуляев все пытается меня убедить, что сейчас другое время, что в нашем мире выживает сильнейший, и поэтому надо подстраиваться под законы вот такого мира. Он уверен, что большая часть людей - это вялая масса, которая ничего не хочет, которой управляют сильнейшие, и соответственно, у сильных - высокое положение в обществе и привилегии. Поэтому, по его словам, у меня и таких, как я, нет перспектив.
- Прямо не центр по борьбе с экстремизмом, а кафедра философии и обществознания...
- Ну, случаются не только разговоры. Меня и за шею хватали в подъезде, и «предрекали», что я на работу никуда не устроюсь, в больницу попаду, несчастный случай произойдет... А когда я сказал, что сотрудники МВД должны бороться за справедливость, блюсти закон, то услышал в ответ: «Здесь я говорю, кто что должен делать, а не ты».
- Судя по всему, ты не послушал этого «совета».
- Меня и не так пугали. В прошлом году вызвали на опрос (на меня же до этого дважды пытались дело завести, и дважды его прокуратура «заворачивала»), захожу в кабинет следователя, там на полу — красная лужа. Я не обращаю внимания, идет опрос, в кабинет заходит какой-то бугай и полушутя так спрашивает: «Видел, что здесь на полу?» Я ему: «Наверное, кетчуп разлили?» Он: «Нет, это кровь, и так бывает, если говорить неправду». После опроса ко мне Гуляев подходит и спрашивает, не изменились ли мои планы... Колеса мне у машины несколько раз прокалывали, молодые ребята несколько раз откровенно всюду ходили и ездили следом за мной...
- Чем же ты заслужил такое «внимание»?
- Я вот тоже не пойму. Действую строго по Конституции и по законам, просто доношу до людей правду о происходящем в стране. У меня есть интернет, там много чего в открытом доступе, о чем по телевизору не рассказывают. Вот я и занимаюсь тем, что периодически распечатываю в интернете интересную информацию и раздаю тем, у кого нет интернета, а есть только телевизор. Разумеется, я знаю, что существует список материалов, запрещенных к распространению. Еще раз повторю: я — законопослушный гражданин, поэтому распечатываю и раздаю только то, чего нет в этом списке. К тому же я против всякой крови, резни, я уверен, что изменить ситуацию в стране можно и нужно мирным, ненасильственным путем. И поэтому я распечатываю только такую информацию, в которой нет призывов к какой-то розни, насилию — это моя принципиальная позиция. Но на меня все равно завели уголовное дело за «разжигание вражды», которого нет и в помине. Правда, наличие этого «разжигания» еще должен подтвердить эксперт-лингвист по заказу следствия.
- То есть считать человека преступником или нет, зависит от специалиста по языкознанию?
- По крайней мере, от этого зависит, передадут ли дело в суд.
Вообще, это какой-то абсурд. Я, наверное, по логике следствия, должен быть ясновидящим: когда я распечатываю понравившуюся мне листовку, я должен предвидеть, к каким выводам несколько месяцев спустя может прийти лингвист, да? Но у меня нет ни лингвистического образования, ни способностей Ванги. Я, не желая преступать закон, смотрю в список экстремистских материалов, не нахожу там этой листовки, а значит, эта листовка законом разрешена к распространению. В чем же заключается мой «преступный» умысел?
Но у центра «Э» и следственного комитета какая-то своя логика. Причем они ее настойчиво пытаются воплотить в жизнь, хотя прокуратура Вологды, как я уже говорил, дважды отказывала им в заведении уголовного дела на меня. Пытались пару листовок из тех, что я распространял, признать экстремистскими — суд им тоже отказал. Нет там экстремизма, наоборот, призывы не допустить кровопролития! Критика власти есть, да, но на судебное заседание была предоставлена видеозапись обращения президента Медведева, где он призывал критиковать власть. Судья и представитель прокуратуры с большим интересом смотрели... Кстати, Гуляев из центра «Э» сидел на обоих заседаниях, слал смски помощнику прокурора, во время перерыва «приводил в чувство» представителя прокуратуры криком... Не помогло. Но в следственном комитете с третьей попытки все равно завели уголовное дело, очередную листовку на экспертизу отправили...
- Адвокат у тебя есть?
- Мне тут на днях государство предоставило бесплатного адвоката во время обыска - Любовь Купцову из коллегии «Юркона». Она пришла вместе с «господами полицейскими» и помогла им «найти» у меня в квартире то, за чем они пришли, - те самые листовки, на которых строится уголовное дело.
- В смысле? Адвокат помогала оперативникам проводить обыск???
- Я тоже был шокирован, что можно вот так цинично и против всех законов действовать. Пока справлялся с возмущением, даже не сообразил сразу внести в протокол тот факт, что листовки «обнаружила» адвокат, которая вообще-то должна меня защищать, а не обыск проводить помогать. Уже после обыска написал на эту Купцову жалобу в коллегию адвокатов. По хорошему, как мне объяснили знакомые юристы, за такое поведение можно лишать адвокатского статуса, это очень грубое нарушение. Но в коллегии ее сразу выгораживать начали: а чем докажете, и т.п.
А вот сотрудников следственного комитета отсутствие доказательств в моем деле не смущает. Они сначала дело завели за распространение материалов, что-то там «разжигающих». Потом при обыске «нашли» те самые материалы, а потом то, что нашли, отправили эксперту, чтобы он «нашел» там «разжигание».
Причем в день обыска меня сначала в центр «Э» вызвали. Там мне Гуляев после задушевной беседы о том, как надо жить в современном мире, сообщил, что есть для меня предложение этой зимой на выборах идти в думу от «Справедливой России». Несколько раз он это предложение повторял, я несколько раз отказывался, все это время Гуляев куда-то бегал, с кем-то созванивался. А потом сказал, что раз я такой несговорчивый, чтоб я шел домой, что там меня уже ждут... Прихожу, а там обыск...
- То есть проблема, оказывается, в том, что не входишь в «правильную» оппозицию?
- Получается, так. Кто-то очень хочет, чтобы любая оппозиционная деятельность в нашей стране осуществлялась «под присмотром», в рамках системы. А тех, кто отказывается вписываться в эту систему, видимо, поступил заказ «обезвредить».
- И на что в этой ситуации ты надеешься?

/>- По закону и тем более по Конституции я абсолютно невиновен. И поэтому надеюсь на то, что все-таки закон и Конституция окажутся важнее этой системы, которая все под себя подмяла. Один же раз уже такое было — суд не нашел экстремизма в листовках, которые я распечатывал. И еще надеюсь на поддержку общественности. За меня уже вступилось движение «За справедливость!», собираются подписи в разных регионах, отправлены письма прокурору Вологды, генеральному прокурору РФ. Звонят и пишут знакомые, спрашивают, чем мне помочь. Все-таки не весь мир продажный, и нормальных людей, живущих и поступающих по-человечески, в стране у нас немало. Это я знаю точно.